Леонид Михайлович БрежневЖизнь Леонида Михайловича Брежнева

В отличие от многих своих соратников Брежнев серьезно отнесся к возможности наладить отношения с ведущими державами и тем самым укрепить мир, хотя некоторые его приближенные утверждали впоследствии, что «все брежневские мирные инициативы – пауза для восстановления военного паритета».

Его первая настоящая поездка на Запад в роли руководителя страны состоялась в 1971 году. Это была Франция. Он серьезно готовился, отверг составленные в Министерстве иностранных дел трафаретные тексты речей, требовал от помощников, которых собрал на госдаче в Завидове, подобрать человеческие слова:

– Вот мы на фронте мечтали о том дне, когда смолкнет канонада, можно будет поехать в Париж, подняться на Эйфелеву башню, возвестить оттуда так, чтобы было слышно везде и повсюду, – все это кончилось, кончилось навсегда!.. Надо вот как-то ярко написать про это. И не просто написать и сказать, а сделать…
Читать дальше »

Ощущая перемену настроения «наверху», воодушевились люди, которые в годы хрущевской оттепели чувствовали себя ущемленными. Писатели, именовавшие себя «автоматчиками партии», не выдерживали конкуренции с талантливыми художниками. Власть жаловала своих подручных должностями, орденами и дачами, но сделать их талантливыми и популярными не могла.

Официальные писатели были глубоко обижены тем, что им не достаются читательские симпатии. И еще и поэтому с удовольствием принимали участие в удушении идеологически невыдержанных талантов.

24 сентября 1967 года Твардовский записал впечатления от заседания секретариата Союза писателей, обсуждавшего Александра Солженицына:

«Они говорят те слова, которые гарантируют им личную безопасность, благополучие и преуспевание и в то же время восходящие к „решениям“, „документам“, „указаниям“ (последним), освобождая их лично от необходимости самим думать, принимать решения для себя, то есть они способны на любую гадость и подлость.

И когда они видят, что кто-то позволяет себе роскошь возражать этой высшей необходимости, это их раздражает: ты хочешь быть умнее, благороднее нас, а мы – дерьмо, пусть так, но погоди – сам никуда не денешься».
Читать дальше »

В сентябре 1966 года Главлит не разрешил «Новому миру» печатать упомянутые Брежневым фронтовые дневники Константина Симонова под названием «Сто суток войны. Памяти погибших в сорок первом».

Главлит отправил в ЦК развернутый донос на Симонова, обвинив его в том, что он считает ошибочной предвоенную политику государства, приводит данные о репрессиях в армии и считает неправильным заключение пакта с фашистской Германией в 1939 году.

Главное управление по охране государственных тайн в печати при Совете министров СССР просило «поручить отделу культуры ЦК КПСС рассмотреть вопрос о целесообразности публикации фронтовых записок К. Симонова и комментариев к ним в подготовленном журнальном виде».
Читать дальше »

Брежнев пресек поползновения Николая Подгорного получить формальный ранг второго секретаря, предоставив как бы равные полномочия Суслову и своему старому приятелю по Днепропетровску секретарю ЦК Андрею Павловичу Кириленко. Они вдвоем по очереди вели заседания секретариата, где принимались важнейшие решения.

Секретариат ЦК КПСС заседал каждую неделю по вторникам в четыре часа дня в зале на пятом этаже. Помимо секретарей, на заседаниях присутствовали руководители отделов ЦК, некоторых идеологических учреждений, начальник Главного политического управления армии и флота, главные редакторы центральных партийных изданий. Им предоставлялось право совещательного голоса – сидеть и слушать. Иногда по ходу заседания от них требовали дать справку или высказать свое мнение.

Приглашенные для участия в обсуждении того или иного вопроса ожидали вызова в приемной. Когда вспыхивала зеленая лампочка, их допускали в зал заседаний.
Читать дальше »

Суслов был верным хрущевцем, всегда поддерживал Никиту Сергеевича в критические минуты и возражал первому секретарю только в тех случаях, когда сам Хрущев совершал нечто непозволительное и опасное для партии, скажем, распорядился напечать повесть Солженицына «Один день Ивана Денисовича» или задумал разрушить традиционную структуру партийного аппарата.

Сам Александр Солженицын описывал, как попал на встречу руководителей партии с деятелями литературы и искусства 17 декабря 1962 года:
Читать дальше »